Наша Таня громко плачет…

Полезной бывает работа не только над содержанием, но и над формой изложения некоторой мысли. Так, одним из упражнений по мастерству передачи образов в лексической форме является подражание определённому стилю. За источник может быть взят любой классик или современный писатель, обладающий своим неповторимым стилем, а за сюжет – любое известное произведение или мысль, поговорка, даже детский стишок.

Tanya

За тем занятием вы и застали меня сегодня. Я решил, точнее, позволил себе, сохраняя высшую степень почтительного уважения к Ф. М. Достоевскому и ни коим образом не пытаясь издеваться над ним, вообразить то, как он мог бы высказаться о содержании детского стихотворения «наша Таня громко плачет» А. Л. Барто. Думаю, это могло бы выглядеть следующим образом, однако при этом я ни в коем разе не пытаюсь приписать тов. Достоевскому содержание, а подражаю только форме. Ответственность же за содержание беру полностью и всецело на себя.


Детский плач может иметь совершенно разные причины, однако же мы не берёмся сейчас за ту невыполнимую задачу, чтобы описать их все в той подробности, которой достаточно будет для какого-нибудь дотошного учёного или исследователя, хотя, впрочем, задача эта весьма интересна. Писателю, в первую очередь, интересно было бы изложить один конкретный случай, но изложить его так образно и художественно, так отразить ту чрезвычайную досаду, побудившую ребёнка заплакать, чтобы и читатель тот же час и сам пустил слезу-другую, воображая себя на месте созданного писателем персонажа.

Пред писателем возникает сложная и труднейшая задача: как совершенно обыкновенный и ординарный случай выставить сколько-нибудь интересным, где почерпнуть те поучительные оттенки оригинальность в самой ужасно обыкновенной и частой ситуации.

Такие люди, вроде Татьяны Афанасьевны Милютиной, являют собой образ, возбуждающий в памяти те далёкие годы, когда каждый резвился и играл во дворе, неизбежно попадая при этом в досадные, но кажущиеся сейчас такими наивными ситуации. Трудно вообразить, чтобы сейчас же какой-нибудь взрослый так раздосадовался в подобных обстоятельствах, что сел бы на корточки рядом с лужей, опустил бы голову на колени и зарыдал, посекундно всхлипывая. Что побудило маленькую Татьяну Афанасьевну разрыдаться? Было ли это обрызганное с ног до головы платьице, что недавно лишь было надето ею на прогулку, была ли это обида на свою собственную неосторожность, или даже необходимость смириться с утратой подарка, сделанного папенькой? Мы не знаем и не можем достоверно установить теперь этой причины, а всецело готовы полагаться лишь на свою интуицию. Так, видимо, автор и поступил, пересказывая нам совершенно обычную ситуацию известными стихами.

В том коротком четверостишии мы видим не только глубокий и, кажется, даже проработанный поучительный сюжет, но и сострадательное отношение автора к самому персонажу. Одно только обращение всею глубиной своей смелости и нежности заставляет умилиться той наивности и детскости, с какой Танечка переживает о своей неосторожной потере. В этом обращении чувствуется трогательная забота о девочке и попытка даже успокоить нежное создание, как бы говоря ему сквозь страницы и строчки стишка: «тише, тш-ш-ш, не плачь». Здесь автор скрывает на секунду тайну, девочке пока неизвестную, умиляясь ещё раз, а затем всё-таки дарит надежду, выражая её в поучительном и полном решимости пояснении, что мячик совсем даже и не утонет.

История, впрочем, умалчивает и о степени действенности пояснения для девочки, и о том, угадала ли автор своей глубокой женской интуицией ту неведомую нам причину, по которой рыдала Татьяна Афанасьевна, но форма обращения, та восхитительная способность, оставаясь взрослой, спуститься одновременно с этим, на один уровень с маленькой девочкой, та лёгкость и нежность обращения, подымающая девочку и делающая её равной себе, вновь и вновь вдохновляет детей на совершение добрых поступков, выражающихся, в данном конкретном случае, в обучении людей младших понимать действительность действительно хорошо, создавая, тем самым, очередное звено невообразимо длинной, но прочной цепочки, передающей знания из прошлого в будущее, давая надежду последующим поколениям оказаться в мире значительно более справедливом и располагающим к счастию.



Наша Таня громко плачет…: 2 комментария

  1. Смею восхититься столь прекрасным выражением Ваших литературных способностей. Красота!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*