Об одном экзамене во сне. Часть I

Сегодня перед рассветом увидел сон, притом довольно интересный и поучительный. В нём указан элемент важного механизма жизненных экзаменов. Разумеется, передать всю картину целиком в форме текста едва ли получится, но попытку всё же сделаю. В этой части будет описание сна, над которым я предлагаю подумать каждому читателю самостоятельно, а во второй — правильная версия расшифровки.

Я находился на экзамене, но не знал, по какому предмету. В аудитории были столы для студентов и несколько столов для преподавателей, за одним из которых сидел я.

За столами студентов сидели парни и девушки, многих из которых я знал по сюжету сна, но некоторых всё же не знал. За столами преподавателей тоже сидели люди, но я их не знал совершенно; более того, я на них не обращал внимания.

По всей аудитории, как между рядами студентов, так и между рядами преподавателей ходил экзаменатор. Это женщина, уже ставшая взрослой Дара, описание знакомства с которой приводится в рассказе «Случайная встреча». Она ходила между рядами и, подходя к каждому человеку, задавала экзаменационный вопрос, причём этот вопрос слышали все. Экзамен проходил для всех: и для студентов, и для преподавателей, все были в равных условиях, но одни сидели в одной половине аудитории, а другие — в другой.

О себе надо сказать также следующее: сидел я небрежно, «вразвалку», при этом был в куртке, шапке и капюшоне, как будто бы пришёл решить какой-то незначительный вопрос «по-быстрому», весьма скептически, хотя и с опаской наблюдая за ходом экзамена. Довольно странное и совершенно не свойственное мне поведение, тем более в аудитории.

Я наблюдал, как Дара ходит и раздаёт каждому устные вопросы, слушая их, я понимал, что не отвечу ни на один из вопросов правильно, а некоторые вопросы я даже не понимал, однако был точно уверен, что эти знания мне совершенно не нужны. Например, мне было абсолютно безразлично, когда был коронован какой-то король, или как звали такого-то деятеля в истории. Это были знания совершенно для меня лично бесполезные (пустая историческая фактология без какой-либо теории и интерпретации событий с точки зрения объемлющей концепции управления), тем не менее, я довольно сильно напрягся, ощущая, что к экзамену не готов, а вот студенты радостно и с готовностью принимались что-то писать в своих листочках, успокаиваясь простоте получаемых вопросов. Я постепенно начал замечать, что Дара всё ближе подбирается ко мне и скоро задаст мне свой вопрос. Примерно представляя себе, что она спросит (в каком веке был построен такой-то замок или почему какой-то монарх отрёкся от престола), я уже приготовился произнести признание, что к экзамену не готов.

Дара действительно скоро подошла и некоторое время смотрела на меня, а я пытался угадать, какую глупость она спросит, тем не менее, понимая, что по правилам экзамена тут ничего не поделаешь. Вдруг она задала вопрос, но произнесла его так быстро, что я не успел расслышать большую часть слов. Услышал только: «… Промысел и Попущение Бога …», где вместо троеточия были какие-то быстро произнесённые слова, отчего они показались просто жужжанием.

Я вопросительно взглянул на экзаменатора. Тогда Дара ещё раз произнесла вопрос, но только чуть медленнее. Всё равно не расслышал. Ещё раз, медленнее… Уже было так: «Семь коней в жизни каждого человека… семь… Промысел и Попущение Бога в качестве основы для…», или что-то в этом духе. Наконец, с какой-то «–надцатой» попытки я расслышал вопрос полностью и совершенно точно записал его во сне на бумажку, однако по пробуждению запомнил только такую его часть: «Семь коней в жизни каждого человека, семь кобыл …. Промысел и Попущение Бога в качестве инструментов внутреннего роста, …». Я уже было растерялся, так как если вторая часть вопроса была мне понятной, то что это за лошади, я решительно никак не знал. Тем не менее, как бы читая мои мысли, Дара сразу же дала мне книгу и, наклонившись, что-то прошептала на ухо. Мне стало ясно, что в книге есть ответ на вопрос, причём было обещано, что я легко его отыщу.

Было довольно странно, что книгу дали только мне, а студенты же должны были довольствоваться только своими знаниями из головы. Одновременно с этим я понимал, что в данном случае правила экзамена не нарушаются, и так оно и должно быть: есть полтора часа, есть книга, и это на самом деле куда сложнее, потому как теперь я не могу сказать, что не готов, ведь мне дали материал для подготовки.

По внешнему виду книги, по рисункам и надписям на обложке (коих я совершенно не помню сейчас), я определил, что она посвящена философии индуизма, но не той, которая знакома многим по фильмам, популярным книгам и рассказам самих представителей этой философии (или их наследников) в наше время или друзей из Индии. В этой книге была настоящая философия, та, которая установлена на самом деле. По этой причине я отнёсся к книге с подозрением, у меня не было уверенности, что там написана правда, и потом, читая книгу, мне, во-первых, не на что опираться для критического восприятия, во-вторых, придётся менять уже сложившееся представление о том, что я успел изучить в данной теме. Все эти мысли быстро мелькали в голове, пока я разглядывал обложку… время шло. Я с успокоением подумал, что на вторую часть вопроса как раз отвечу хорошо, а сам рассказ будет достаточно длинным, что позволит просто заболтать экзаменатора.

Далее я заметил, что студенты смотрят на меня с интересом. Они доверяют мне и считают авторитетом, однако сейчас у них есть возможность воочию наблюдать за моим провалом в плане ответа на первую часть вопроса. Ощущение довольно странное. Я понимал, что студентам для правильного ответа нужно всего лишь произнести тупо заученный факт, того же они ожидали и от меня, однако я такой способ не принимаю. Мой публичный отказ отвечать на вопрос с их точки зрения будет означать, что я сам не знаю того, чему их учу, однако под словом «знание» они понимают «умение повторить некую заученную фразу». С моей же точки зрения такой отказ означал бы, что я не понимаю ответа и ничего позорного тут нет, кроме того обстоятельства, что к моему возрасту мог бы уже этот ответ понять. Тем не менее, студентам этого не объяснишь, а потому в любом случае будешь выглядеть как идиот, потому что только идиот может, держа книгу, в которой написан ответ, провалить экзамен.

Прибывая в уверенности, что могу хорошо и много рассказать про вторую часть вопроса, я сказал Даре: «Дело в том, что вопрос довольно большой и сложный, одна только вторая часть в моём изложении будет занимать более полутора часов». Я сказал это с целью намекнуть экзаменатору сократить вопрос, как бы выгораживаясь перед студентами, что я такой вот многознающий и опытный товарищ, заодно пытаясь произвести впечатление на экзаменатора, создавая у него впечатление хорошей подготовки. Этим шагом я хотел изменить ход экзамена для себя лично таким образом, чтобы «по-быстрому» показать, что «я в теме», блеснуть перед студентами и заслужить высокой формальной оценки. Хотел как бы подняться над другими экзаменуемыми, показав, что в состоянии поменять правила игры, я ведь и сам преподаватель.

Ну вот, собственно, так я и провалил экзамен. Почему? А это и есть самое интересное.

Дара что-то сказала мне в ответ, но я не помню точных слов, а помню смысл. Дело в том, что она специально подготовила этот вопрос именно так, и даже дала материал для подготовки ответа к первой части, зная, что мне этот материал неизвестен. Вместо того, чтобы довериться ей и спокойно сдать экзамен, выборочно пролистав книгу, я начал отгораживаться от нового знания, встал на позицию уверенности в том, что хорошо знаю ответ на вторую часть вопроса и попытался сделать вид, что дальнейшее развитие в этом направлении мне не требуется. Типа того, что кони идут лесом, а вот о Промысле я сейчас расскажу, мало не покажется. Собственно, в этом и состоял экзамен, а не в самом вопросе 🙂 Проверялись не знания, а реакция на полученное задание, оказавшееся испытанием, которое и было успешно провалено по заранее подготовленному сценарию. Далее мне показалось, что это была подстава, в которой остальные участники лишь играли свою заранее отрепетированную роль. То есть экзамен проходил только для меня лично, а весь спектакль был подготовлен заранее.

Дара расстроилась, быстро оделась и ушла из аудитории. Сообразив трагичность ситуации, я что-то пытался говорить, отыскивая оправдания, но они были несостоятельными и не остановили её. Тем не менее, книга всё ещё была у меня, открыв первую страницу, я прочитал стих:

«Семь коней не смогут сдвинуть скотину с места. Семь кобыл … . Покуда сам человек не …» Троеточиями обозначены куски текста, которые я не запомнил по пробуждению, но в книге они были написаны чётко и понятно. Вы можете без труда и сами догадаться, что там могло быть написано (по смыслу), это нетрудно.

Нужно ли говорить, что скотина в этом сне — это я 🙂

Понятно, что читатель не может правильно интерпретировать смыслы символов, потому я и предложу позже правильную расшифровку, однако подумать над содержанием всё равно будет полезно, потому что сюжет не лишён и вполне понятного смысла, не привязанного к конкретной личности.

Продолжение.

PS. Также по этой теме рекомендую прочитать статью про испытания во сне.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*